Мировому государству и единой валюте альтернативы нет

i3

В чем заключается кризис экономической науки и несостоятельность западных экономических теорий? С решениями каких фундаментальных проблем и задач не справляется западная экономическая мысль? Можно ли заменить нынешнюю денежную систему на какую-то новую схему?

Эти вопросы в той или иной мере в литературе обсуждались не раз, в том числе и на страницах «Капитала страны» [1-5]. Ответы на эти вопросы содержатся как в моих работах [1-2], так и в работах других авторов [4-5]. Поэтому в этой статье остановлюсь лишь на тех из них, опираясь на которые можно дать дополнительные ответы на вопрос, который был выведен в заголовок статьи Е.В.Балацкого: «Можно ли создать новую денежную систему на основе энергии?» [6].

1. Поиски всеобщего эквивалента. Как известно, рынок и торговля, то есть товарно-денежный обмен своими корнями уходит вглубь веков. Но из литературных источников, посвященных анализу этого процесса, до нас дошел только лишь текст Аристотеля [7]. Поэтому считается, что он был первым в анализе этого процесса, включая такое явление, как цена товара. Однако Аристотель, говоря современным языком, на примере обмена между строителем дома и башмачником не решил, а только лишь обратил внимание на существование проблемы, которая связанна с формированием цен на блага, а также определением цен в условиях античного времени, когда он жил.

Решить эту фундаментальную экономическую проблему безуспешно пытались и пытаются многие исследователи. Одни из них, взяв за основу тезис Аристотеля о том, что справедливый обмен должен отражать соотношение работ, создавали такие концепции о цене товара, как теория издержек производства и трудовая теория стоимости [8-10]. Другие, взяв за основу его тезис о потребности как общей мере при обмене, пытались вывести цены из полезности [11].

Хотя западная экономическая теория своим общественным признанием в качестве науки и обязана «отцу» политической экономии Адаму Смиту [8], но и он не сумел решить эту фундаментальную научную проблему, то есть и он не смог ответить на главные фундаментальные вопросы: что является единой мерой для измерения ценности благ, что лежит в основе обмена благ и как формируются их цены? По этой причине он оставил нерешенной и другую не менее важную задачу, вытекающую из предмета его исследований и связанную со сравнением и соизмерением богатства разных стран мира и т.д.

Именно поэтому А.Смит был вынужден отступить от решения этих проблем, сформулировав известный парадокс, названный его именем. Его можно дать в следующей трактовке: если стоимость блага зависит от полезного эффекта, то почему блага, дающие наивысший эффект, такие как воздух, вода и хлеб, бесплатны или ценятся низко, а блага, польза которых не вполне очевидна, например, бриллианты, имеют очень высокую ценность?

В попытках ответить на эти вопросы не увенчались успехом старания ни Д.Рикардо [9], верившего в существование объективных законов распределения, ни К.Маркса [10], полагавшего, что ему удалось открыть закон стоимости, позволивший ему установить и закономерности формирования цен.

Но К.Маркс, чувствуя зыбкость своего положения, попытался уйти от сложностей в моделировании процессов формирования цен, связанных с множеством благ в экономической системе. Для этого он в самом начале своей книги для того, чтобы исключить из числа благ услуги, препятствующие ему при дальнейшем анализе стоимости из-за постулата об овеществлении труда в товаре, сформулировал определение богатства, как «огромного скопления товаров» [10, с.43]. Затем, приняв в качестве элементарной формы богатства этот самый товар, он установил, что в нем овеществляется человеческий труд [10, с.47]. Поэтому К.Маркс его и «назначил» мерой стоимости товара, а сам труд измеряется у него рабочим временем, затраченным на его производство [10, с.48].

После этого он выдвинул бездоказательный постулат о количественной определенности относительной формы стоимости [10, с.62] и записал в виде уравнений форм стоимости простые количественные соотношения товаров с их эквивалентами, наблюдаемыми в обыденной жизни разных эпох [10, с.75-79]. В итоге, он заявил, что стоимость товара, выраженная в деньгах, эта и есть его цена [10, с.79]. Это не только полностью исказило само понятие о цене товара, но к тому же за такой словесной беллетристикой оказалась завуалирована неспособность решения фундаментальной экономической проблемы о формировании цен и вытекающая из нее задача определения цен благ в замкнутой или незамкнутой экономической системе. Поэтому не исчезли и до сих пор еще остаются нераскрытыми происхождение и загадочность денег.

Более того, в трудах классиков из-за скрытости от их взора истинных закономерностей экономических процессов и явлений (таких как добыча, производство, распределение, обмен и потребление) даже структура годового общественного продукта интерпретируется некорректно. Поэтому, например, у А.Смита формула цены товара на микро- и макроэкономическом уровне выступают как сумма доходов, складываю-щихся из зарплаты, прибыли и ренты [8]. А в модели совокупного обще-ственного продукта (СОП) К.Маркса цена выступает как сумма стоимостей средств производства, зарплаты и прибыли в двухсекторной экономике, производящей средства производства и предметы потребления [10]. Между тем, сложение параметров этих секторов при определении СОП из модели К.Маркса приводит к двойному счету.

В результате именно такого подхода, основанного на явных заблуждениях, К.Маркс и сформулировал свою ошибочную теорию о прибавочной стоимости [10, с.197-209], служившей, по мнению Ф.Энгельса, основой выводов политэкономической теории социализма [13]. Но в этой теории прибыль, то есть по современным понятиям сбережения бизнеса или предпринимателей, – это один из основных источников инвестиций и роста экономики или расширенного воспроизводства, по собственному определению К.Маркса, и эта прибыль отнесена к числу нетрудовых доходов, которые якобы добываются с их стороны путем присвоения результатов чужого труда (пролетариата).

В результате этого большевики, пришедшие к власти в России в начале XX века путем государственного переворота, были вооружены не только штыками и другими орудиями «красного террора», но и этой теорией, призванной не сколько развивать науку об экономике, сколько любой ценой обосновать доктрину, изложенную в знаменитом «Коммунистическом Манифесте». Поэтому они под видом защиты интересов пролетариата объявили предпринимательскую деятельность преступной, насаждали «пролетарскую культуру» и уничтожали капиталистов и богатых, то есть предпринимателей. И всех приравнивали на уровне пролетариата – бедных.

При этом для большевизма прообразом светлого будущего – «коммуни-стического общества» – служило глубокое историческое прошлое – родовой строй времен дикости и варварства, которым так восхищался Ф.Энгельс в своей книге: «Происхождение семьи, частной собственности и государства» [12, с.105], написанной им после смерти К.Маркса на основе собранных им материалов.

Именно поэтому тоталитарный строй, построенный большевиками, зиждился на вождизме и изначально был обречен на провал. Созданное же ими для видимости союзное, а на самом деле сугубо унитарное государство – СССР – не считался ни с интересами вошедших в него союзных республик, ни с интересами населяющих их наций и народов. А основанная на несостоятельной экономической парадигме марксизма внутренняя и внешнеэкономическая политика этой империи привела ее к стагнации и сильному отставанию от мирового развития и прогресса, особенно в отношении уровня и качества жизни населения, что в конечном итоге привело к распаду этой империи.

2. В чем ошибался К.Маркс? Но тут у читателя может, возникнут вопрос: а в чем собственно заключается ошибочность теории прибавочной стоимости К.Маркса? Прежде чем ответить на этот вопрос, хочу подчеркнуть, что я этот вопрос рассматривал еще в своей книге [1], посвятив ему отдельный параграф под названием «Доказательство несостоятельности теории прибавочной стоимости К.Маркса». Так что краткое содержание этого доказательства состоит из следующих цитат и моих высказываний по ним.

Карл Маркс в своем «Капитале» утверждал: «Порожденная авансированным капиталом в процессе производства прибавочная стоимость, или прирост авансированной капитальной стоимости, выступает прежде всего как избыток стоимости продукта над суммой стоимости элементов его производства.

Капитал распадается на две части: денежную сумму , израсходованную на средства производства, и другую денежную сумму , израсходованную на рабочую силу; представляет часть стоимости, превращенную в постоянный капитал, — часть стоимости, превращенную в переменный капитал. Следовательно, первоначально , например, авансированный капитал в В конце процесса производства получается товар, стоимость которого где есть прибавочная стоимость, например, Первоначальный капитал превратился в , из 500 ф.ст. — в 590 фунтов стерлингов. Разность между обоими = , прибавочной стоимости в 90» [10, с.223]. Это утверждение красной нитью проходит по всему «Капиталу», служа доказательством правоты К.Маркса по поводу прибавочной стоимости.

Однако ошибочность этого утверждения К.Маркса нетрудно доказать таким, казалось бы, простым и банальным обстоятельством, на которое другие авторы почему-то не обращали и не обращают свое внимание. А именно, тем обстоятельством, что он в своей абстрактной модели прибавочной стоимости не обращал практически никакого внимания на случаи, когда капиталист несет убытки, т.е. когда значение становиться отрицательным. Ведь тогда, если указанную выше формулу записать в виде и обратиться к числовому примеру К,Маркса, который был приведен выше, то нетрудно получить, что ф.ст. А это указывает на то обстоятельство, что авансированный капитал становится не меньше от вырученный суммы за реализацию произведенной продукции , а больше: ф.ст. И это обстоятельство является тем неопровержимым фактом, что вместо прироста авансированного капитала за счет прибавочной стоимости получается его сокращение за счет убытка, съедающего в рассматриваемом примере даже авансированный капитал (амортизационные отчисления). А это обстоятельство без всяких дальнейших углублений в детали полностью доказывает ошибочность теории прибавочной стоимости К.Маркса.

3. В чем состоит ошибка западных экономистов? Теперь если продолжить наш анализ экономической науки Запада, то можно обнаружить, что в 70-х годах XIX века на арене битв экономических взглядов появились «революционеры» – маржиналисты (Джевонс, Менгер и Вальрас), способствовавшие не только изменению названия политической экономии в экономикс (economics), но и отказу на Западе от марксизма вообще. Однако в силу неопределенности или несовместности уравнений экономической системы для того, чтобы как-то выйти из такого тупикового положения, когда классики экономической науки цены выводили из издержек производства, т.е со стороны предложения, маржиналисты пошли со стороны спроса, придавая основное значение субъективным оценкам благ потребителями. Но маржиналисты, опираясь на «теорию предельной полезности», выводили цены из неподдающейся никакому измерению полезности товаров. К тому же они их обосновывали на каких-то чувственно не воспринимаемых и фактически не наблюдаемых кривых «безразличия» и т.д. А это является не иначе, как глубоким заблуждением и тавтологией, не имеющей ничего общего с реальными экономическими явлениями.

Именно поэтому даже такой известный сторонник маржинализма, как В.Парето, утверждавший, что конкуренция обеспечивает достижение максимума благосостояния, отказался от рассмотрения природы полезности, признав невозможность ее измерения.

Тем не менее, А.Маршалл [11] приложил свою руку к примирению классиков и маржиналистов, объединив трудовую теорию (предложения) и теорию предельной полезности (спроса), хотя он сам и не верил в возможность измерения полезности. Так, усилиями Дж.Б.Кларка, А.Маршалла, Л.Вальраса и В.Парето в экономической науке возникло неоклассическое направление, составляющее теоретический фундамент современных исследований рыночного хозяйства. В неоклассической теории цена равновесия предстает как синтез полезности и издержек производства. Именно эта категория и является одной из основных в анализе рыночного механизма в современной западной экономической науке.

Таким образом, западные экономисты классической и неоклассической школ, задачу, связанную с определением цен благ, пытались решить алгебраическими методами с помощью «законов» Ж.-Б.Сэя [15] и Л.Вальраса [16]. Однако созданная ими модель экономики была далека от действительности и отражала поверхностные явления ценообразования, а число уравнений, составленных на ее основе, оказывалось меньше, чем число самих неизвестных – математически неопределенная система. Это обстоятельство в формализованном виде достаточно хорошо изложено М.Блаугом [4].

Работы других исследователей, далеких от экономики, но претендовавших и претендующих на строгость своих доказательств в решении этой задачи, не стоят серьезного внимания и анализа, поскольку они даже близко не подходили к раскрытию сущности, то есть внутренних механизмов формирования цен. К числу таких можно отнести и работы исследователей якобы доказавших существование решения системы Вальраса. В этом отношении не является исключением и модель межотраслевого баланса (МОБ) В.Леонтьева. Даже Дж.М.Кейнс свою знаменитую книгу «Общую теорию занятости, процента и денег», впоследствии подвергнутую острой критике и ревизии, предлагал после неудачной попытки решить именно эту задачу [17].

Если коротко, то можно сказать, что с решением этой задачи до сих пор не справился никто. Поэтому можно сделать такой категоричный вывод: ни одна существующая на Западе и в мире в целом экономическая теория или модель фундаментальную экономическую проблему, связанную со стоимостью благ и решением задачи по определению их цен в закрытой или открытой экономике, решить не способна.

Именно этим обстоятельством в экономической науке можно объяснить ряд фактов.

1) Объяснить то обстоятельство, что К.Маркс в своем «Капитале», приступая к анализу формирования цен и происхождения денег, заявлял, что: «нам предстоит здесь совершить то, чего буржуазная политическая экономия даже и не пыталась сделать, – именно показать происхождение этой денежной формы… Вместе с тем исчезнет и загадочность денег» [10,С.57]. Но эта загадочность никуда не исчезла. Наоборот, взбудораживая умы многих исследователей, она не дает им покоя, заставляя искать новые меры для измерения стоимости и цен, которые находят свое отражение в их предложениях, связанных с созданием новых денежных систем. В том числе у тех из них, которые очень далеки от экономической науки и по этой причине не знают даже, в чем состоят ее проблемы. Среди таких исследователей, конечно же, выделяется кандидат химических наук П.Кузнецов, автор идеи об «энерговалюте», выдвинувший свое предложение еще при советской власти в «Строительной газете» за 17 июля 1987 года в статье под названием «Энерговалюта вместо доллара» [19].

2) Обнаружить такие высказывания, где говорится о том, что: «Стоимость – категория трансцендентная, имеющая свою тайну, не поддающуюся разгадке. Она сродни таким понятиям, как материя, дух, энергия. О стоимости можно много говорить, давать ей трактовки, определять, измерять, но до конца она всегда остается в чем-то существенно нераскрытой…. Ни труд, ни полезность, ни энергия, не могут быть «материалом» стоимости. Меры труда, полезности, энергии или чего-нибудь другого не являются мерами стоимости как таковой» [20].

4. Энергия как всеобщий эквивалент? Видимо, из-за возникновения таких прямо противоположных точек зрения и рождается вопрос, выведенный в заголовок статьи [6], о том, можно ли создать новую денежную систему на основе энергии?

Экономическая модель, предложенная мною в книге [1], отвечает на этот вопрос отрицательно. Но поиск ответа на этот вопрос в рамках существующих экономических теорий западных экономистов дает основание положительному ответу. На основе тех предпосылок, которые приведены в «Капитале» К.Маркса [10] и работе М.Блауга [4, с.137-139], можно записать формулу, например, такого вида: , где — блага; а — номер блага, выбранного в качестве единицы измерения благ, например, энергия. Но основе других предпосылок, изложенных в учебниках по макроэкономике, можно рассмотреть следующий гипотетический числовой пример, для того, чтобы получить ответ на поставленный вопрос. Запишем следующую формулу: , где — национальный доход.

Пусть в некотором безденежном хозяйстве сложилось устойчивое равновесие при ежедневном производстве киловатт-часов электроэнергии (далее – кВт-час энергии), кг хлеба, л молока, m2 тканей, пар обуви, и следующих пропорциях обмена.

1 кг хлеба = 8 кВт-час энергии;

1 л молока = 16 кВт-час энергии;

1 м2 ткани = 20 кВт-час энергии;

1 пара обуви = 40 кВт-час энергии.

Приняв 1 кВт-час энергии в качестве масштаба цен, получим равновесный вектор относительных цен: а величина реального национального дохода =1•1600+8•200+16•100+20•80+40•40=8000 кВт-час энергии.

Таким образом, стоимость всего набора произведенных благ становится эквивалентной 8000 кВт-час энергии, что, скажем, доказывает возможность измерения национального дохода в единицах измерения электрической энергии. Но по различным обстоятельствам может случиться так, что при той же энергетической оценке благ изменятся пропорции их равновесного обмена, например:

1 кг хлеба = 10 кВт-час энергии;

1 л молока = 20 кВт-час энергии;

1 м2 ткани = 25 кВт-час энергии;

1 пара обуви = 50 кВт-час энергии.

Тогда получится, что: =1•1600+10•200+20•100+25•80+50•40=9600 кВт-час энергии, то есть будет иметь место рост реального национального дохода. Но этот рост может быть и мнимым, то есть за счет инфляции и влияния других факторов.

Кроме того, если вспомнить, что деньги выполняют и такую функцию, как средство образования сокровищ, а также являются средствами сбережения доходов населения и бизнеса, образования резервных, инвестиционных, страховых и других фондов, то для того, что бы реализовать идею об «энерговалюте» в той форме, как это представляется автору этой идеи и многим его последователям, нам следует пользоваться для этих целей не банками, сейфами и другими традиционными на сегодняшний день хранилищами денег (кредитные и пластиковые карточки), а, наверное, всякого рода аккумуляторами, батареями, конденсаторами и т.д., которых можно подзарядить разными способами…

Теперь допустим, что в рассмотренном выше хозяйстве, прежде чем перейти на денежное измерение благ, решили перейти по очереди на их измерение в ракушках, камушках и, вспоминая мультфильм «33 попугая», где, если помните, длину удава измеряют в попугаях, в попугаях. И лишь потом переходим на денежное измерение, например, в рублях. Тогда, если, как в примере автора работы [19], 25 кВт-час энергии приравнять по очереди, например к 10 ракушкам, 20 камушкам, 1 попугаю и 100 рублям, то соответствующие значения национального дохода будут равны: 3200 ракушкам, 6400 камушкам, 320 попугаям и 32000 рублям. Как мы видим, объем национального дохода или национального производства можно измерить не только в денежных, но и других единицах измерения. Более того, их можно измерить даже в шоколаде, хлебе, молоке, апельсинах. А можно и в таких информационных единицах измерения, как бит, байт, килобайт, гигабайт и т.д. Но результат будет таким, как при традиционных бумажных денежных единицах. А это говорит о правильности выводов автора статьи [6]. Но я могу дополнить его выводы следующими высказываниями.

Хотя существующая экономическая наука Запада и не отрицает возможность создания «энерговалюты», но введение такой валюты вместо ее традиционных форм, не не является какой-то радикальной мерой, позволяющей вывести какую-либо экономику из кризиса и других неурядиц (например, избавляющей от коррупции, как об этом, тоже говорят). То есть когда кроме этой не остается никаких других мер для выхода из плачевного состояния экономики, она становится абсолютно бесполезной и абсурдной, так же, как при переходе на измерение национального дохода в попугаях, шоколадках, дынях, арбузах, картошках и т.п. Если дать волю авторам таких идей, то они завтра могут предложить другую новую денежную систему, основанную на единицах измерения, связанных, например, с лекарствами от болезней человека, имея в виду, может быть, «шоковую терапию», но думая об излечении своих недугов. Так, что…

По этим причинам я полагаю, что альтернативы той идее, которая была предложена в статье «Путь выхода из мировых экономических и политических кризисов», просто не существует. А там, если читатель помнит, говорилось, например, о том, что: «…если контуры политической системы новой «экономической модели мира» опираются на всем известные идеи космополитизма и глобализации, то контуры финансовой системы этой новой модели – на необходимость создания и введения новой мировой валюты. Но такой мировой валюты, которая является не мировой резервной валютой, как нынешние доллары США, или той, которую предлагают ввести вместо нее, а новой единой валютой новой глобальной интеграции – объединения государств Земного шара в единое союзное государство. То есть валютой нового единого государства Земного шара, образованного или созданного, скажем в форме конфедерации или федерации всех государств нашей планеты» [3]. Но в связи с рассмотренным в данной статье вопросом у нас есть незначительные дополнения к этому предложению. Они связаны только лишь с сущностью и названием такой валюты. Полагаю, что такая валюта должна быть традиционной денежной, полностью исключающей придание этой валюте какого-либо энергетического смысла. И в связи с этим думаю, что она может быть названа, скажем, «planetary».

ЛИТЕРАТУРА
  1. Абдуллаев Р. Интеллектуальный мир, модель экономического пространства и законы идеальной экономики/ Под ред. В.М.Макосия. М.: Изд-во Санкт-Петербургского университета экономики и финансов. 1995.
  2. Абдуллаев Р. Политойкономия// http://www.politoeconomia.narod.ru. Главы I-II.
  3. Абдуллаев Р. Путь выхода из мировых экономических и политических кризисов// «Капитал страны», 03.11.2009.
  4. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело Лтд. 1994.
  5. Балацкий Е.В. Современная экономическая наука: общее и особенное//«Капитал страны», 04.05.2009.
  6. Балацкий Е.В. Можно ли создать новую денежную систему на основе энергии?// «Капитал страны», 11.01.2010.
  7. Аристотель. Никомахова этика. М.: ЗАО «Издательство «ЭКСМО-Пресс», 1997.
  8. Смит А. Исследование о природе и причинах богатствах народов// http://ek-lit.agava.ru/smitsod.htm.
  9. Рикардо Д. Принципы политической экономии и налогообложения// http://ek-lit.agava.ru/ricsod.htm.
  10. Маркс К. Капитал. М. Политиздат. 1978, Т.1.
  11. Маршалл А. Принципы экономической науки. В 3-х тт. М.: Прогресс. 1993.
  12. Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. М. Политиздат. 1973.
  13. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20.
  14. Политическая экономия. Учебное пособие. М. Политиздат. 1988.
  15. Сей. Ж.-Б. Трактат по политической экономии. М. Изд-во «Дело». 2000.
  16. Вальрас Л. Элементы чистой политической экономии. М. Изограф. 2000.
  17. Кейнс Дж. Общая теория занятости, процента и денег// http://ek-lit.narod.ru/keynsod.htm.
  18. Хикс Дж. Стоимость и капитал// http://ek-lit.narod.ru/hiks009p.htm.
  19. Кузнецов П. Киловатт-час может использоваться как универсальная мера стоимости в мировой экономике третьего тысячелетия// «Экономическая газета». 18.02.1997.
  20. Осипов Ю.М. Выступление в дискуссии на Конференции «Концептуальные основания и пути развития современной экономической теории» (7-8 декабря 1995г.)// Экономическая теория на пороге XXI века.
Автор: Абдуллаев Рустамжон, доктор экономических наук, академик.
Свидетельство о госрегистрации в качестве СМИ № 0954 от 12.04.2013 г., ISSN 2181 - 7332