Банки Узбекистана должны иметь рейтинги международных агентств не спекулятивного, а инвестиционного класса

Fitch Ratings С1

11 мая 2017 года многие СМИ нашей страны, со ссылкой на пресс-релиз одного из известных международных рейтинговых агентств, как  Fitch Ratings, размещенный на его сайте 10 мая 2017 года [1], опубликовали сообщение о том, что, по мнению этого агентства «большинство банков Узбекистана устойчивы к снижению курса сума» [2-4]. Более того, по данному вопросу такие сайты, как Uz24.uz и 1news.uz опубликовали интервью некоего «независимого эксперта» [5], советующего Центральному  банку Республики Узбекистан «существенно ускорить девальвацию официального курса» [6-7]. Однако рейтинговое агентство Fitch Ratings 16 мая 2017 года опубликовало исправленный текст, своего пресс-релиза от 10 мая т.г. [8-9], отметив, что: «В отчет, первоначально опубликованный 10 мая, были внесены изменения, отражающие последнюю информацию по влиянию валютных рисков». К тому же заголовки пресс-релиза этого агентства на английском языке за указанные числа можно перевести на русский язык по-разному. Так, если оригинал названия пресс-релиза от 10 мая «Fitch: Most Uzbek Banks Resilient to Depreciation of the Som», можно перевести как «Fitch: большинство банков Узбекистана устойчивы к обесцениванию сума», то оригинал названия этого документа от 16 мая «CORRECT: Fitch: Most Uzbek Banks Resilient to Som Depreciation», можно перевести как «Исправление: Fitch: большинство узбекских банков устойчивы к снижению стоимости сума». В силу изложенных обстоятельств возникают следующие вопросы: Как можно оценить выводы международного рейтингового агентства Fitch Ratings, выведенные в заголовки его пресс-релиза от 10 мая и 16 мая 2017 года? Каким рискам устойчивы большинство банков Узбекистана: к обесценению сума, снижению его курса и стоимости или девальвации? Как можно понять и оценить рекомендации некоего «независимого эксперта», советующего  Центральному  банку Республики Узбекистан «существенно ускорить девальвацию официального курса»? Существует ли в экономической науке понятие «девальвации официального курса» валюты? Что означает само понятие «девальвация» и, какое определение, дается этому понятию в экономической науке? Девальвация добро, приносящее доход и выгоду населению или зло, наносящее его интересам серьезный экономический ущерб, снижающий его уровень и качество жизни? Какой именно конвертации своей национальной валюты должен перейти Узбекистан в результате ускорения либерализации валютной политики?

Для того чтобы хорошо понять какие именно рейтинги банкам Узбекистана присвоило международное рейтинговое агентство Fitch Ratings, мы должны знать как называется международный рейтинг этого агентства и шкала классов его международных рейтингов.

Из популярных энциклопедий и других источников, в т.ч. из собственного сайта Fitch Ratings Inc., можно узнать, что это международное рейтинговое агентство, присваивает международные и национальные рейтинги, которые официально называются «Рейтингами дефолта эмитента» («Issuer Default Ratings»).

Шкала международных рейтингов Fitch Ratings состоит из рейтингов инвестиционного и спекулятивного классов, которые присваиваются организациям и предприятиям государственного и частного сектора экономики, а также национальных рейтингов, которые присваиваются отдельным странам. Сведения о них подробно описаны, например, в литературном источнике [10]. Изучив этот источник можно узнать следующее.

1.1. Инвестиционный класс состоит из таких рейтингов, как:

«AAA» – наивысший  уровень кредитоспособности, самые низкие ожидания по кредитным рискам. Присваивается только в случае исключительно высокой способности своевременно погашать финансовые обязательства.

«AA» – очень высокая кредитоспособность, очень низкие ожидания по кредитным рискам и очень высокая способность своевременно погашать финансовые обязательства.

«A» – высокая кредитоспособность, низкие ожидания по кредитным рискам, высокая способность своевременно погашать финансовые обязательства.

«BBB» – хорошая кредитоспособность, низкие на данный момент ожидания по кредитным рискам, адекватная способность своевременно погашать финансовые обязательства. Данный уровень рейтинга является самым низким среди рейтингов инвестиционной категории.

1.2. Спекулятивный класс состоит из таких рейтингов, как:

«BB» – спекулятивный рейтинг. Рейтинг уровня «BB» означает, что существует возможность развития кредитных рисков, особенно в результате негативных экономических изменений, которые могут произойти со временем. Однако при этом компаниям могут быть доступны альтернативные ресурсы в сфере бизнеса или финансов, позволяющие им выполнить свои финансовые обязательства. Ценные бумаги, которым присвоены рейтинги данного уровня, являются инвестиционными.

«B» – в значительной степени спекулятивный рейтинг. В отношении эмитентов и ценных бумаг, обязательства по которым выполняются, рейтинги уровня «B» обозначают наличие значительных кредитных рисков, однако при этом остается ограниченная «подушка безопасности». На данный момент финансовые обязательства выполняются, но способность продолжать выплаты зависит от устойчивой и благоприятной деловой и экономической конъюнктуры.

«CCC» – обязательства по ценным бумагам выполняются, дефолт представляется реальной возможностью. Способность выполнять финансовые обязательства целиком зависит от устойчивой и благоприятной деловой или экономической конъюнктуры.

«CC» – обязательства выполняются, дефолт представляется вероятным.

«C» – обязательства выполняются, дефолт представляется неизбежным.

«RD» – данный уровень рейтинга обозначает, что эмитент не провел своевременные платежи (с учетом применимого льготного периода) по некоторой, но не всей основной части обязательств и продолжает проводить выплаты по другим видам обязательств.

«D» – рейтинг этого уровня присваивается эмитенту или государству, объявившему дефолт по всем своим финансовым обязательствам.

2. Национальный рейтинг выставляется так же, но в формате «AAA(xxx)», «АА(ххx)», «А(хxx)» и т. д. Суффикс обозначает страну, в которой он присвоен. Международный рейтинг государственных и частных организации не может быть выше рейтинга страны. Национальный рейтинг – относительный, для него высшей шкалой оценки выступает самый надежный заемщик на местном рынке, то есть государство.

Кроме того, у Fitch Ratings существует дополнительная градация для национальных рейтингов – рейтинг «E(xxx)», который обозначает, что нет достаточной информации для присвоения. Данная категория используется, если ранее рейтинг был приостановлен ввиду отсутствия документации от эмитента, необходимой для наблюдений и поддержки данных.

И международный, и национальный рейтинги могут быть дополнены пометкой rating watch («на контроле»), а также так называемым прогнозом – возможным пересмотром в течение года-двух. Прогноз по рейтингу может быть «позитивным», «стабильным» или «негативным». Для индикации промежуточной оценки используются знаки плюс (+) или минус (–).

Таким образом, из литературных источников можно узнать, что главной задачей международного рейтингового агентства Fitch Ratings является предоставление мировым кредитным рынкам независимые и ориентированные на перспективу оценки кредитоспособности, на основе аналитических исследований и данных различных государственных и частных организаций и предприятий.

При этом «Рейтинги дефолта эмитентов» (РДЭ) Fitch Ratings присваиваются различным странам, государственным и коммерческим организациям и предприятиям, не бесплатно, а на платной основе. При этом составляются соответствующие отчеты этого агентства. Поэтому, не трудно прийти к выводу и о том, что: «кто платить, тот и заказывает музыку»… Однако здесь, несмотря на, казалось бы, положительное событие, связанное с присвоением большинству банков Узбекистана рейтингов устойчивости при снижении курса сума, установленных, скажем, на уровне долгосрочного «В-» и краткосрочного «В» РДЭ, следует особо отметить, что эти показатели относились раньше и относятся сейчас не к инвестиционному, а спекулятивному классу. В силу этого обстоятельства они являются не надежными рейтингами. Поэтому, не трудно прийти к выводу, что банки Узбекистана должны иметь рейтинги мировых агентств, как Fitch Ratings не спекулятивного, а инвестиционного класса.

Тогда, авторы соответствующего отчета и пресс-релиза международного рейтингового агентства Fitch Ratings не будут делать выводы на основе предоставленных им недостоверных данных о золотовалютном резерве нашей страны, где утверждается, что, по мнению специалистов этого агентства, якобы:

«…способность государства предоставлять поддержку в иностранной валюте является хорошей, о чем свидетельствуют крупные валютные резервы Узбекистана на уровне около 25 млрд. долл. на конец 2016 г., что равно приблизительно 2x суммарных валютных обязательств банковского сектора…».

Ибо нельзя согласиться с этим утверждением Fitch Ratings (у которого в Узбекистане, не говоря уж о дочернем предприятии, нет даже своего собственного филиала) о том, что золотовалютные резервы Узбекистана к концу 2016 года, составляли 25 млрд. долларов США. Поскольку по данным более солидной организации, чем это рейтинговое агентство, как, например, Международный валютный фонд (МВФ), золотовалютные резервы Узбекистана к концу 2016 года, составляли 15 млрд. долларов США. А этот показатель подтверждается и другими данными [12], показывающими, что если к концу 2013 года золотовалютные резервы Узбекистана, составляли 18 млрд. долларов США, то к концу 2014 года – 17 млрд. долларов США. Значить за 2013-2016 годы золотовалютные резервы нашей страны уменьшились на 3 млрд. долларов США….

А если эти выводы, сделанные на основе опубликованных данных таких международных финансовых организаций, как МВФ, не соответствуют действительности, то мы вправе требовать от Центрального банка Республики Узбекистан опубликовать достоверные данные. Достоверные данные, доказывающие тот факт, что золотовалютные резервы нашей страны, к концу 2016 года составляли 25 млрд. долларов США, что утверждает в своем пресс-релизе Fitch Ratings. Причем, с подтверждением такого сведения результатами проверки балансового отчета Центрального банка Республики Узбекистан со стороны соответствующей международной аудиторской организации, привлеченной к этой работе на основе тендера.

Возможно именно с вышеизложенным положением дел, связанным с золотовалютными резервами Узбекистана и обусловлен тот факт, что в кредитных рейтингах стран мира, опубликованных мировыми СМИ, наша страна вовсе не числиться. А в этом можно убудиться изучая соответствующие источники подобной информации [11].

Несмотря на все это, «независимый эксперт» Юлий Юсупов в своем интервью сайту Uz24.uz [4-5], отвечая на вопрос корреспондента этого СМИ: «– Fitch Ratings признало большинство коммерческих банков Узбекистана устойчивыми к снижению сума. Соответственно, они не пострадают сильно при либерализации валютного рынка. Согласны ли вы с результатами этого исследования?», говорить:

«– Конечно, согласен. Я постоянно говорю и пишу, что наша экономика давно уже работает преимущественно по рыночным обменным курсам и страхи относительно последствий либерализации валютного рынка большей частью не обоснованы».

Для того чтобы понять смысл этого утверждения Юлия Юсупова нам необходимо обратиться к его интервью Радио Озодлик от 1 мая 2017 года. Ибо он тогда утверждал, что якобы:

«Самое оптимальное и достаточно простое – это быстро девальвировать официальный обменный курс, а не по пятьдесят сумов в неделю. Просто нащупать, где есть точка равновесия, которая обеспечит равенство спроса и предложения на валютном рынке. Я не думаю, что при равновесном курсе доллар будет очень дорогим, скорее всего в районе 7-8 тысяч сумов за один доллар США» [6].

Поэтому теперь, если проанализировать это его утверждение на основе выводов из отчета Fitch Ratings, опубликованных в его пресс-релизе от 10 и 16 мая 2017 года [8-9], то можно узнать следующее.

В пресс-релизе международного рейтингового агентства Fitch Ratings утверждается, что:

«Fitch провело оценку устойчивости банков Узбекистана к снижению курса сума при различных сценариях. По нашим оценкам, ОАКБ Узпромстройбанк, Микрокредитбанк, ЧАБ Трастбанк и Универсал Банк могут выдержать снижение курса на 50% без нарушений регулятивных требований к капиталу, а банк Асака и Ипак Йули могут выдержать падение курса на 20%, но им может потребоваться дополнительный капитал или разрешение на отступление от требований в случае более значительного снижения. ОАКБ Агробанк уже не соблюдает минимальные требования».

Теперь, не обращая внимания на тот факт, что с 1 января по 10 мая 2017 года  1 доллар США подорожал на сумму в (3734,91-3231,48=) 503,43 сумов или на 15,58%, если учесть, что на 10 мая 2017 года официальный обменный курс 1 доллара США был равен 3734,91 сумам. А, по мнению «независимого эксперта» Юлия Юсупова т.н. «равновесный курс» 1 доллара США, необходимый для либерализации валютного рынка может быть в районе 7000-8000 сумов. Тогда, приняв этот «равновесный курс» валюты равным 8000 сумов за 1 доллар США, путем соответствующего расчета не трудно определить, что с 10 мая 2017 года до достижения т.н. «равновесного курса» доллара США (по Ю.Юсупову), наша национальная валюта обесцениться на сумму (8000-3734,91=) 4265,09 сумов. Значит, по терминологии, использованной в пресс-релизе Fitch Ratings, «снижение курса» нашей национальной валюты – сума, за этот период, может составить [(8000:3734,91)х100%=] 214,15%.

А этот показатель на (214,15%:50%=) 4,28 раза больше, чем тот предел в 50% «снижения курса» сума, установленный со стороны международного рейтингового агентства Fitch Ratings, для таких банков, как АКБ «Узпромстройбанк», ЧАКБ «Микрокредитбанк», ЧАБ «Трастбанк» и ЧАКБ «Универсалбанк». И, на (214,15:20=)  10,7 раза больше, чем тот предел в 20% «снижения курса» сума, установленный со стороны  Fitch Ratings, для таких банков, как АКБ «Асакабанк» и «Ипак Йули», не говоря уж о таком банке, не соблюдающий минимальные требования рейтингового агентства, как ОАКБ «Агробанк».

Значит, если согласиться с утверждением «независимого эксперта» Юлия Юсупова, изложенным в его интервью Радио Озодлик от 1 мая 2017 года  о том, что «равновесный курс» одного доллара США, необходимый для либерализации валютного рынка может быть в районе 8000 сумов [6], то, на основе вышеизложенных доказательств, произведенных путем простых математических расчетов, не трудно прийти к выводу, что не один частный коммерческий банк Узбекистана не сможет выдержить такого «снижения курса» нашей национальной валюты до 8000 сумов за 1 доллар США.

При этом следует отметить и такой факт, что «независимый эксперт» Юлий Юсупов понятие «либерализация валютной политики» Узбекистана трактует как «либерализацию валютного рынка», а последнюю, как «конвертацию национальной валюты по текущим операциям» [4-7].

А вместо понятия девальвации национальной валюты, означающего снижение курса этой валюты по отношения к твердым валютам, как доллары США в системах с фиксированным курсом,  пытается ввести такое «новое», но абсурдное понятие как «девальвация официального обменного курса» [5].

Именно по таким причинам он в своем интервью сайту Uz24.uz [5], отвечая на вопрос его корреспондента: «– А чем все-таки рискуют банки при либерализации валютного рынка?» – утверждает:

«– Давайте сначала разберемся, что в наших условиях означает либерализация валютного рынка. Если коротко, то речь идет о том, чтобы в нашей стране вместо множества разных обменных курсов (официального, «черного», «биржевого») появился один, как и в подавляющем большинстве других стран. Для этого нужно обеспечить так называемую конвертацию национальной валюты по текущим операциям (выделено – Р.А.)».

А на другой вопрос корреспондента сайта Uz24.uz: «–Но мы видим, что при девальвации официального курса доллар на других рынках тоже начинает расти. Как они могут сблизиться?», ответил, что, якобы:

«– Это проблема методов проведения либерализации. Выбранная тактика не эффективна. Официальный курс девальвируется слишком медленно. А у населения и бизнеса при этом возникают опасения и ожидания, что и доллар на «черном» рынке также начнет расти. Эти ожидания выливаются в рост спроса на доллары и курс действительно начинает расти. Чтобы этого избежать Центральному банку надо существенно ускорить девальвацию официального курса (выделено – Р.А.)».

Если теперь проанализировать эти высказывания Юлия Юсупова, то специалисту по макроэкономике не сложно обнаружить тот факт, что такого понятия, как «девальвация официального курса (валюты – выделение и прим. Р.А.)», которое использует в своих интервью и статьях он, в экономической науке вообще не существует. Ибо в экономической науке, когда речь идет о понятии «девальвация», во-первых, подразумевается «девальвация валюты». И, во-вторых, этому понятию  дается следующее определение, приводимое и во многих популярных энциклопедиях. Так, в одном из таких популярных энциклопедий этому понятию дается следующее, ёмкое определение, наиболее хорошо разъясняющее что означает девальвация:  

Девальвация (лат. de – понижение; лат. valeo – иметь значение, стоить) – в условиях золотого стандарта, означало уменьшение золотого содержания денежной единицы. В современных условиях термин «девальвация» применяется для ситуаций, официального снижения курса национальной валюты по отношению к твёрдым валютам в системах с фиксированным курсом валюты, устанавливаемым денежными властями.

При этом термин «девальвация» в научно-исследовательских работах Международного валютного фонда означает снижение реального валютного курса, продиктованное экономической политикой.

Девальвация валюты  рассматривается и как инструмент центральных банков отдельных государств по управлению национальной валютой, противоположный ревальвации.

В условиях плавающего валютного курса не происходит прямого официального назначения стоимости национальной валюты. Поэтому для ситуации снижения курса валюты применяется термин обесценение (англ. depreciation), а для ситуации роста курса валюты — термин подорожание (англ. appreciation). Центральный банк может лишь косвенными методами (валютными интервенциями) изменять курс. В этих условиях обесценение или подорожание будет не результатом принятия официального документа, а результатом изменения стоимости валюты под воздействием рыночных механизмов.

Термин «инфляция» близок по значению к термину «девальвация», однако первый чаще относят к покупательной способности национальной валюты на местном товарном рынке, а второй – покупательной способности в отношении иностранных валют.

Различают официальную (открытую) и скрытую девальвации. При открытой девальвации Центральный банк страны официально объявляет девальвацию национальной валюты и из обращения изымаются обесцененные бумажные деньги или происходит обмен таких денег на новые, устойчивые кредитные деньги (но по курсу, соответствующему обесценению старых денег, то есть более низкому).

При скрытой девальвации государство снижает реальную стоимость денежной единицы по отношению к иностранным валютам, не изымая обесценившиеся деньги из обращения. Открытая девальвация вызывает понижение товарных цен, а следствием скрытой девальвации является рост цен на товары.

Причинами девальвации национальной валюты могут быть инфляция или дефицит торгового и платёжного балансов. Хотя девальвация вызывается макроэкономическими факторами, непосредственное снижение курса валюты вызывается решением регулирующих органов в стране. Таким решением может быть официальное снижение фиксированного руководством страны курса, отказ от поддержки курса валюты, отказ от привязки курса валюты к валютам других стран или валютным корзинам с целью уменьшения дефицита платёжного баланса страны, повышения конкурентоспособности производимых товаров на мировом рынке, стимулирования внутреннего производства.

В силу вышеизложенного определения понятия «девальвация» является абсурдным не только вопрос (я бы даже сказал – вопрос, содержащий соответствующее утверждение) представителя сайта Uz24.uz о том, что: «Таким образом, либерализация валютного рынка в практическом плане – это, прежде всего, девальвация официального обменного курса? (выделено – Р.А.)», но и ответ «независимого эксперта» Юлия Юсупова на этот вопрос: «Получается, что так» [5].

Значит «независимый эксперт» Юлий Юсупов из-за своей некомпетентности в абсурдном порядке, не только путает понятие «либерализации валютной политики» с понятием «либерализации валютного рынка». Но к тому же он путает и понятие «либерализации валютного рынка» с отсутствующим в экономическом лексиконе абсурдным понятием «девальвация официального обменного курса». Или же дает понятию «либерализации валютного рынка» определение, что оно якобы означает не иначе, как «девальвацию официального обменного курса».

Более того, когда «независимый эксперт» Юлий Юсупов говорить о «конвертации национальной валюты по текущим операциям», он, из-за своей некомпетентности в вопросах макроэкономики, наглядно демонстрирует и тот факт, что не знает, что это понятие входить в состав более общего понятия или категории «О ЧАСТИЧНОЙ КОНВЕРТИРУЕМОСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ВАЛЮТЫ». Именно поэтому в статье «Сущность валюты и валютных отношений. Частичная конвертируемость валюты», утверждается, что:

«Переход от неконвертируемой валюты к конвертируемой [валюте – прим. Р.А.] происходит через частичную конвертируемость, и в первую очередь по текущим операциям. Эта конвертируемость может быть внешней, внутренней, либо и первой, и второй одновременно» [13].

При этом следует учесть, что когда страна не может надеяться на долгосрочные притоки иностранной валюты, она пытается создать искусственные преграды для ее оттока. Такого рода ограничения обладают различной тяжестью и направлениями. Они образуют режим частичной конвертируемости национальной валюты. Варианты такого режима классифицируются по двум критериям: а) по дифференциации ограничений валютных операций на национальном и мировом рынках; б) степени ограничений по операциям платежного баланса.

В классификации, построенной по счетам платежного баланса, выделяют два вида частичной конвертируемости: конвертируемость по счетам текущих операций и капитальным счетам. Ограничения по счету текущих операций отличаются от тех, которые выставляются по счету движения капитала. Обычно ограничений по счету движения капитала бывает больше.

Существует достаточно много видов ограничений по счетам текущих операций. Можно отметить, следующие основные из них: 1) требование импортных депозитов; 2) формирование предела величины импортных платежей; 3) множественность обменных курсов; 4) лицензирование импорта; 5) обязательная продажа валютной выручки экспортерами центральному банку или на национальной валютной бирже [14].

Ограничившись перечислением только лишь этих ограничений конвертируемости по счетам текущих операций, читателям напомним, что подобного рода реформа по либерализации валютного рынка в нашей стране проводилась раньше на основе ряда Постановлений Кабинета Министров Республики Узбекистан [15-18]. По этой причине следует особо отметить тот факт, что мы уже давно прошли этап частичной конвертируемости национальной валюты, куда входить и такой ее вид, как конвертируемость национальной валюты по счетам текущих операций. Поэтому наша экономика должна развиваться дальше к более высокому уровню конвертации своей национальной валюты на основе ускоренной либерализации валютной политики, о чем автор данной статьи писал в статье «Для ускорения либерализации валютной политики Узбекистана необходим кредит МВФ» [19]. И, таким более высоким уровнем конвертации для Узбекистана, является конвертация нашей национальной валюты по плавающему валютному курсу.

Несмотря на абсурдность утверждения «независимого эксперта» Юлия Юсупова о «девальвации официального обменного курса», самым опасным моментом в его рассуждениях, способных ввести читателей и незадачливых «специалистов» в заблуждение,  является его рекомендация, адресованная  Центральному Банку Республики Узбекистан о том, что якобы: «ЦЕНТРОБАНКУ НАДО СУЩЕСТВЕННО УСКОРИТЬ ДЕВАЛЬВАЦИЮ ОФИЦИАЛЬНОГО КУРСА» [5]. Я лично думаю, что эта рекомендация ни была бы выведена в заголовок интервью Юлия Юсупова, если бы  в редакции сайта 1news.uz не работали весьма наивные и незадачливые люди, как и он. Незадачливые люди, очень далекие от знаний в области экономики вообще и макроэкономики, в частности, принявшие за истину ложные утверждения этого «независимого эксперта» по вышеуказанному вопросу.

А «независимый эксперт» Юлий Юсупов, из-за того, что не изучал и не знает мировой опыт [скрытой] девальвации национальных валют стран мира, особенно такой вид этого экономического явления, что имело место в таких близких нам бывших постсоветских странах, как, например, Азербайджан и Казахстан [20-27]. И каким отрицательным последствиям может привести это экономическое явление, когда соответствующие государственные органы не из-за того, что не сумели заранее спрогнозировать его. И, по этой причине не смогли во время принять и меры, направленные на предотвращение наступления такого экономического явления, путем своевременной разработки и осуществления соответствующих решений Правительств и Центральных банков, предусматривающих привлечение кредитных ресурсов международных финансовых организаций, из-за того, что возможности привлечения собственных золотовалютных резервов их стран, были ограничены…

Именно по таким причинам Юлий Юсупов, не зная и тот факт, что попытка нашего правительства в лице г-на Р.Азимова, полагавшего, что либерализацию валютного рынка можно осуществить без международной помощи при поддержке МВФ или других международных финансовых организаций, но значительно раньше, чем он – еще в 2003 году [28], обернулась не удачей; строит свой анализ этого процесса на основе графика спроса и предложения конвертируемых валют, построенного им не на основе реальных, а гипотетических данных, опирающихся на теоретические положения известных экономических теорий западных ученых. Экономических теорий западных ученых, несостоятельность которых автору данной статьи доводилось доказывать в своей книге [29], опубликованной еще в 1995 году.

Именно поэтому этот «независимый эксперт» игнорирует и те, подтверждаемые не только отечественным, но и мировым опытом факты, о том, что [скрытая] девальвация национальной валюты наносить огромный ущерб интересам населения многих стран мира, в т.ч. Узбекистана, и ухудшает его уровень и качество жизни. И, считает, что [скрытая] девальвация нашей национальной валюты – сума, является благом, приносящим ни малые доходы не нашему народу – единственному источнику власти в нашей стране в соответствии со статьей 7 Конституции Республики Узбекистан, а сферам частного бизнеса и государству. Сферам частного бизнеса и государству, призванным, не эксплуатировать этот народ, я бы сказал, присваивая «нетрудовые доходы», поступающие им в связи со скрытой девальвацией национальной валюты. Прибегая, при этом, к наихудшим традициям времен классического капитализма, а служить этому народу, предотвращая даже малейшую возможность нанесения ему такого ущерба. Значит, предотвращая саму возможность осуществления скрытой девальвации, к которой прибегают Центральные банки  стран, имеющих соответствующие системы фиксированных курсов национальных валют, как это имело и имеет место и в Узбекистане. Именно поэтому незадачливый «эксперт» Юлий Юсупов, в абсурдном порядке и рекомендует Центральному банку Республики Узбекистан ускорить девальвацию  официального курса нашей национальной валюты [5].

Завершая данную статью можно сделать следующие выводы и заключения:

1. В результате ускоренной либерализации валютной политики Узбекистана наша страна должна не ускорять [скрытую] девальвацию и перейти к конвертации нашей национальной валюты по текущим операциям, как это предлагает незадачливый эксперт Юлий Юсупов, не зная, что это для нашей страны давно пройденный этап. А должны перейти к так называемому, плавающему валютному курсу сума с учетом изучения опыта, например, Азербайджана и Казахстана, с целью недопущения тех отрицательных экономических процессов и явлений, которые имели место на практике этих стран при переходе к такому валютному курсу. Поэтому будет целесообразным перейти в нашей стране к плавающему валютному курсу, с учетом тех предложений, которые были внесены автором в статье «Для ускорения либерализации валютной политики Узбекистана необходим кредит МВФ» [19].

2. Центральному банку Республики Узбекистан необходимо отказаться от не-рыночных методов установления официального курса национальной валюты по отношению к твердым валютам на основе использования скрытой формы девальвации, как инструмента управления сумом, приводящим к его обесценению и повышению цен на товары.

3. Учитывая тот факт, что в нашей стране узбекский алфавит, основанный на латинской графике введен еще в 1993 году на основе соответствующего Закона, а в действующей национальной валюта Узбекистана, введенной  в обращение через год, т.е. в 1994 году, использована кириллическая графика. К тому же учитывая и тот факт, что с 16 июня 1994 года по 15 мая 2017 года национальная валюта Узбекистана, сильно, почти, что на 3676 раз обесценившись, стала очень громоздкой, не помещающейся даже в обычные карманы и кошельки граждан, перед либерализацией валютной политики, предусматривающей и переход на плавающий курс сума или одновременно с этими процессами, Центральному банку Республики Узбекистан следует осуществить ОТКРЫТУЮ ДЕВАЛЬВАЦИЮ национальной валюты, с заменой изымающейся из обращения обесценившихся бумажных денег старого образца путем их обмена на новые, устойчивые кредитные деньги, в дизайне которых использована латинская графика, с соответствующим курсом, как это было при денежных реформах, проведенных в нашей стране раньше или с учетом опыта других стран.

4. Банки Узбекистана должны иметь рейтинги мировых агентств не спекулятивного, а инвестиционного класса.

Литература

1. Fitch: большинство банков Узбекистана устойчивы к снижению курса сума. 10 мая 2017 года (https://www.fitchratings.com/site/pr/1023433).

2. Газета. Uz:  «Fitch: большинство банков Узбекистана устойчивы к снижению курса сума». 11 мая 2017 года (https://www.gazeta.uz/ru/2017/05/11/fitch/).

3. Sputniknews-uz.com: «Fitch: девальвация сума не опасна для узбекских банков» (http://ru.sputniknews-uz.com/economy/20170511/5377154/fitch-o-devalvacii-syma.html).

4. Uz24.uz: «Риски банковского сектора при либерализации валютного рынка незначительны»: Интервью с Юлием Юсуповым (http://uz24.uz/opinions/riski-bankovskogo-sektora-pri-liberalizacii-valyutnogo-rinka-neznachitelyniq:-intervyyu-s-yuliem-yus).

5. 1news.uz:  Центробанку надо существенно ускорить девальвацию официального курса – эксперт (http://1news.uz/ru/ekonomika/tsentrobanku-nado-sushhestvenno-uskorit-devalvatsiyu-ofitsialnogo-kursa-ekspert/).

6. Озодлик: «Юлий Юсупов: Либерализация валютного рынка, если ее проводить грамотно, не должна оказаться шоком для населения» (rus.ozodlik.org/a/28461538.html).

7. Kommersant.uz:  Зачем нужны конвертация и международная торговля? (http://kommersant.uz/kejs/konvertatsiya-i-torgovlya).

8. CORRECT: Fitch: Most Uzbek Banks Resilient to Som Depreciation

  (https://www.fitchratings.com/site/pr/1023705).

9. Исправление: Fitch: большинство банков Узбекистана устойчивы к снижению курса сума (https://www.fitchratings.com/site/pr/1023715).

10. Рейтинговое агентство Fitch Ratings (http://www.banki.ru/wikibank/fitch_ratings/).

11. КРЕДИТНЫЙ РЕЙТИНГ — СПИСОК СТРАН (http://ru.tradingeconomics.com/country-list/rating).

12. Золотовалютные резервы стран мира (http://nonews.co/directory/lists/countries/gold).

13. Сущность валюты и валютных отношений/Частичная конвертируемость валюты (http://www.profibank.ru/?Sushnostmz__valyuty_i_valyutnyh_otnoshenii:Chastichnaya_konvertiruemostmz_valyuty).

14. Конвертируемость валют (http://diplom-econom.ru/stati/12-mezhdunarodnaya-ekonomika/50-konvertiruemost-valyut.html).

15. Постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан «О мерах по дальнейшей либерализации валютного рынка и расширению валютно-обменных операций» от 30 июня 2000 года № 250 (http://lex.uz/pages/getpage.aspx?lact_id=3107042).

16. Постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан «О мерах по дальнейшей либерализации валютного рынка» от 22 июня 2001 года № 263 (http://lex.uz/Pages/GetAct.aspx?lact_id=333442).

17. Постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан  «О мерах по дальнейшей либерализации валютного рынка и унификации обменных курсов» от 11июня 2003 года 260 (http://www.lex.uz/pages/getpage.aspx?lact_id=244787).

18. Постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан  «О мерах по дальнейшей либерализации валютных операций» от 1 октября 2003 года № 420 (http://www.lex.uz/pages/getpage.aspx?lact_id=246524).

19. Абдуллаев Р. Для ускорения либерализации валютной политики Узбекистана необходим кредит МВФ (http://fundamental-economic.uz/article/ra195492/).

20. Национальная валюта Азербайджана обесценилась почти на 50% (http://www.dsnews.ua/world/natsionalnaya-valyuta-azerbaydzhana-obestsenilas-pochti-na-21122015110200).

21. Национальная валюта Азербайджана грохнулась на 47% (http://www.shatilin.com/natsionalnaya-valyuta-azerbaydzhana-grohnulas-na-47/).

22. Крах Азербайджана: крупнейший банк республики прекратил платежи кредиторам (http://www.forbes.ru/kompanii/344163-krah-azerbaydzhana-krupneyshiy-bank-respubliki-prekratil-platezhi-kreditoram).

23. Девальвация: Азербайджан готовится повторить. Казахстан тоже? (http://zazor.pw/browse.php?u=https%3A%2F%2F365info.kz%2F2016%2F12%2Fdevalvatsiya-azerbajdzhan-gotovitsya-povtorit-kazahstane-tozhe%2F&b=0&f=norefer).

24. В Казахстане из-за обвала тенге закрылись обменники (http://www.rg.ru/2015/08/20/obmenniki-site.html).

25. Новый курс тенге поверг казахстанцев в шок (http://www.dw.com/ru/новый-курс-тенге-поверг-казахстанцев-в-шок/a-18662975).

26. Мельников А. Почему Назарбаев не лучше Путина, а Казахстан – не Сингапур (http://kapital-rus.ru/articles/article/282287/).

27. Назарбаев об экономической ситуации в стране: «Такого у нас не было» (http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1440002700).

28. Узбекистан: Обойдемся без кредитов МВФ (http://tashkent.marketcenter.ru/News/News.asp?NewsID=7156).

29. Абдуллаев Р. Интеллектуальный мир, модель экономического пространства и законы идеальной экономики. ― СПб.: Изд-во СПбУЭФ, 1995, 176 с. IBSN 5-7310-0528-1.

Автор: Абдуллаев Рустамжон, доктор экономических наук, академик.

Ташкент, 23 мая 2017 года.

Свидетельство о госрегистрации в качестве СМИ № 0954 от 12.04.2013 г., ISSN 2181 - 7332